Политические проблемы международных систем и глобального развития - Политические науки - Сортировка материалов по секциям - Конференции - Академия наук
Приветствую Вас, Гость! Регистрация RSS

Академия наук

Воскресенье, 04.12.2016
Главная » Статьи » Сортировка материалов по секциям » Политические науки

Политические проблемы международных систем и глобального развития

Планета Земля: нетрадиционная международная кооперация и захоронение ядерных отходов

 

Автор: Е.В. Комлева, Технический университет, Дортмунд, Германия

 

The Earth: Non-Traditional International Cooperation And Nuclear Waste Burial

 

Author: Elena Komleva, TU Dortmund University, Germany

 

Так будет со всяким, кто некультурно обращается с атомной энергией!

(Персонаж Ф. Раневской, фильм «Весна»)

 

Часть 2

 

 

ЗИГЗАГИ НЕУДАЧ: АДАПТАЦИЯ ПРОБЛЕМЫ К РОССИЙСКИМ РЕГИОНАМ

Центр России: опасный приоритет Росатома родом из смутного времени

У меня один знакомый, тоже учёный… — … так он десятку за полчаса так нарисует —

не отличить от настоящей!

фильм «Джентльмены удачи»

Уже можно говорить применительно к захоронению отходов о нарушениях правовых норм (как и морально-нравственных, а также научных критериев обоснования). Например: «Строительство подземной лаборатории возле Красноярского горно-химического комбината, несомненно, является началом сооружения пункта геологического захоронения радиоактивных отходов без получения лицензии на такое строительство, то есть является строительством несанкционированного могильника высокоактивных отходов. …При сооружении подземной лаборатории…образуется депрессионная воронка, естественный гидрогеологический режим (объект изучения, - Е.К.) будет нарушен,…т.е. от лаборатории будет больше вреда, чем пользы» (http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=4554, комментарий Б. Серебрякова). Грубые ошибки, скудость обнародованной инженерно-геологической информации, подтасовка фактов, ложь, проектирование при нарушении нормативной последовательности этапов – эти и другие негативные особенности «обоснования» присущи работам по могильнику около Красноярска (http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=5394; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=5226). Чего стоит только обоснование необходимости подземной лаборатории через уравнивание полученной с ее помощью локальной геологической информации с несравненно более объемной и представительной информацией от системы разведочных скважин по 800 метров глубиной каждая, пройденных по сетке 1х1м (http://www.atomic-energy.ru/news/2014/06/16/49555)!

Некоторые правовые инициативы в связи с могильником ГХК были переданы через В. Путина в адрес глав государств G20 участниками Гражданского саммита «Группы Двадцати» (http://www.press-line.ru/novosti/2013/06/putinu-predlozhili-obratit-vnimanie-na-yadernyy-mogil-nik-pod-krasnoyarskom.html).

Даже при показательных акциях открытости, специалистам и общественности не дают ответы на ключевые вопросы: почему именно Красноярский край и Нижнеканский гранитоидный массив, обстоятельства выбора, анализ других мест, критерии выбора, список ранее рассмотренных Росатомом (около 30 в 18 регионах!) площадок? Предполагается, что эти и другие вопросы не останутся все же без ответа (http://nuclearno.ru/text.asp?17434). Известен «Эффект Селлафилда» как реакция общества на изменение в ходе работ декларируемого назначения подземной лаборатории (http://www.bellona.ru/articles_ru/articles_2013/1366203649.11). Без честных ответов на вопросы по Красноярску, эффект может получить новое название. Некоторая информация к размышлениям по этому поводу приведена далее.

Площадку, которая была выбрана первоначально для одного объекта (наземного завода РТ-2 радиохимической переработки отработавшего ядерного топлива по несбывшимся из-за «перестройки» планам расширения ГХК, http://www.iapress-line.ru/dossier/item/10768-unik), целенаправленно «подогнали» под принципиально другой. Другой, прежде всего, по сроку существования (миллионы лет – могильник, десятки лет - завод). Понятно, что требования к площадкам и к обоснованию их надежности разные для завода и могильника. Есть и другие признаки лукавого «протаскивания» Росатомом нужного решения и неосознанного формирования тем самым угрозы национальной безопасности (http://greenworld.org.ru/sites/default/greenfiles/Mariasov_doklad_int.pdf; www.bellona.ru/articles_ru/articles_2013/Krasnoyarsk-repositary-EIA, www.facebook.com/NETmogilniku, www.sgzt.com/krasnoyarsk/?module=articles&action=view&id=1617&theme=2).

Выбранный вблизи Железногорска Нижнеканский массив гранито-гнейсов вскрыт слабо. Имеются обоснованные знаниями о генезисе этого типа пород принципиальные сомнения в их хороших гидроизолирующих свойствах (http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=4774). Нижнеканский массив является южной частью Енисейского кряжа – важнейшей золотоносной провинции России. Кроме того, граниты в последнее время преподносят геологам поразительные сюрпризы, невообразимые ранее. Месторождение «Белый тигр» знаменито гигантскими запасами нефти в гранитах на глубинах 1-3 километра. Есть и другие примеры нефти в кристаллических породах (http://journal.deepoil.ru/images/stories/docs/DO-1-1-2013/2_Resolution_1-KR.pdf). Кстати, в породах Нижнеканского массива отмечали проявления углеводородов (Ф. Бакшт, Томск, устное сообщение). Кроме того, по данным Кольской сверхглубокой скважины на глубине в гнейсо-гранитах были обнаружены углеводородные газы, в том числе метан в значительных концентрациях (сообщение П. Скуфьина, Апатиты). Для обоснования могильника ГХК эти факты важны несколькими следствиями.

Во-первых, пришло время радикального пересмотра концепций поиска и разведки углеводородов. Во-вторых, доказано, что на глубинах в первые километры граниты могут иметь мощные зоны массопереноса, в том числе с направленностью движения газов и флюидов к земной поверхности. Именно обнаруженные в США (на основе советского опыта изучения пещер) Ю. Дублянским (http://www.seu.ru/programs/atomsafe/B3/g6.htm; http://uibk.academia.edu/YuriDublyansky) геологические индикаторы периодического появления глубинных вод у земной поверхности впоследствии стали главным аргументом при закрытии проекта Yucca Mountain. Кстати, гидротермальную историю изучали также относительно гранито-гнейсов Онкало (Олкилуото) и Канады (ссылка в http://pbadupws.nrc.gov/docs/ML0227/ML022740218.pdf на A.R. Bluth и A.R. Bukata). Работы Ю. Дублянского - это впечатляющий и достойный для подражания пример эффективного вхождения геолога «со стороны» в современную глобальную ядерную проблему.

А если под ГХК море нефти или воды? Будем потом, после эксплуатации «ядерного кластера», разведку вести – как Казахстан (http://lenta.ru/news/2013/06/25/use/). Германия уже обеспокоилась прогнозом наличия газа ниже подземной лаборатории «Горлебен» на глубине 3 километра и соседством площадки с Эльбой (http://atominfo.ru:17000/hl?url=webds/atominfo.ru/news/air8788.htm&mime=text/html&charset=windows-1251). МАГАТЭ, кстати, рекомендует при обосновании площадки захоронения ДОКАЗАТЬ отсутствие в ее недрах и вблизи полезных ископаемых, особенно высоколиквидных. Есть и глобальное третье следствие. Абиогенная нефть, как частный случай нефти в гранитах, позволит не принимать серьезно разговоры про принципиальную невосполнимость запасов углеводородов, скорое их исчерпание и про неизбежность развития гражданской ядерной энергетики с применением опасной радиохимии.

Единственный, которому сейчас можно безоговорочно верить, предположительный ответ Росатома применительно к Железногорску: здесь действует и будет все же расширено радиохимическое и иное производство ГХК. С целью «одним махом» покрыть все формируемые РФ такого рода потребности. И очень уж набор технологий ГХК подходит для курса на предоставление страной международных ядерных услуг расширенного спектра (http://www.z101359.infobox.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=888). Вот так: главное, - обеспечить решение не вполне очевидной задачи по развитию ГХК. Могильник лишь необходимое дополнение для этого, а не самостоятельная сложнейшая проблема! Радиохимический завод для гражданских целей и другие относительно временные технологии «определяют сознание», а не потребность правильно, всесторонне и надежно обосновать решение по вечной изоляции отходов.

Кроме того, одновременно госкорпорация запускает амбициозный проект «Прорыв», который призван сформировать новый для России и мира облик отрасли и предусматривает, видимо, опасную радиохимическую переработку при каждой АЭС нового поколения непосредственно на площадках этих станций. Кроме того, Росатом отрабатывает технологии консервации/захоронения промышленных/военных реакторов (http://news.vtomske.ru/news/96689.html) и хранилищ жидких радиоактивных отходов Сибирского химического комбината (Томск) непосредственно на месте их расположения и обещает тиражировать эти технологии на других объектах (http://www.itar-tass.com/c96/935360.html). В Железногорске законсервировано подземное хранилище радиоактивных пульп (http://spetsstroy.ru/pressroom/spsnews/25027/). Кроме того, в Железногорске, дополнительно к могильнику Нижнеканского массива, будут навечно захоронены непосредственно на месте их эксплуатации промышленные реакторы ГХК и другие высокоактивные материалы (в том числе, с фрагментами разрушенного отработавшего топлива, http://www.sibghk.ru/news/2207-gkhk-gotov-k-eksportu-tekhnologij-bezopasnogo-vyvoda-iz-ekspluatatsii-radiatsionnykh-proizvodstv.html). Причем один из главных доводов «великолепен»: другие варианты никогда не исследовались – поэтому будем хоронить так (П. Гаврилов, http://portal.tpu.ru/files/conferences/eers/2013/sec4.pdf). Много в РФ ядерных объектов, создавая которые заранее исследования возможности на их площадках либо где-то еще последующего геологического захоронения не проводили! Это же не повод везде «так хоронить».

Тем более, что именно по отношению к таким случаям и не зря сказано в контексте приоритетов: «Серьезного внимания и больших вложений требует проблема вывода из эксплуатации ПУГРов - промышленных уран-графитовых реакторов, которые нарабатывали оружейный плутоний. И в особенности то, что касается их подземной части. Если все заранее не предусмотреть, там загрязнить можно по-крупному, поскольку сопряжено это с подземными водами - основным переносчиком радиоактивного загрязнения. Чтобы это безопасно ликвидировать или каким-то образом законсервировать на месте, не один пуд соли придется съесть» (http://www.atomic-energy.ru/interviews/2014/07/28/50537).

Что за стратегическое противоречие: общий «санузел», а добавочно еще и многим объектам отдельные «удобства» с «головной болью» на миллион лет? И всем оформление «законных геологических паспортов» задним числом! К тому же, замечу, радиохимические технологии решаются применить в промышленных масштабах гражданской отрасли далеко не все ядерные страны. Россию не смущают «странные метеориты» (http://www.sciteclibrary.ru/rus/catalog/pages/12706.html), осваивающие маршруты над ее территорией.

К сожалению, аргумент якобы отсутствия разумных альтернатив применительно к захоронению ядерных отходов не в первый раз в истории России назначают главным (http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=5253).

Обозначим четко последовательность и причины событий. ГХК вблизи Красноярска разместили, дабы до него тогдашние ударные силы США (бомбардировщики) не добрались. Но сейчас ракеты различных типов и разных стран свели на нет защиту прежде всего и только лишь расстоянием. Объект геологической изоляции ядерных материалов решили разместить в Нижнеканском массиве, главным образом, из-за близости ГХК (см. также http://roscontract.ru/custdetal_1c3aa07b29f1.html; http://www.fcp-radbez.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=391&Itemid=30), а не по геологическим критериям путем альтернативного выбора площадки применительно к условиям страны/региона. Но нет худа без добра. Очень хорошо (применительно к проблеме уже могильников ВАО и ОЯТ, а не одного могильника вблизи Красноярска), что есть история и опыт создания и эксплуатации подземных объектов ГХК. История и опыт, достойные памяти и уважения. Но, с горно-геологической точки зрения, фиксируются тревожные факты, подрывающие веру в удачное будущее ядерных могильников на данной территории.

Сначала нам писали администраторы горно-ядерной науки, что с качеством массива, вмещающего подземные объекты ГХК, все хорошо (http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=print&sid=155). Когда другие специалисты этой же науки стали писать для иностранных заказчиков, оценки изменились. «До начала строительства подземных объектов скальный массив ГХК в гидрогеологическом отношении был практически не изучен» (https://e-reports-ext.llnl.gov/pdf/321359.pdf). В процессе же эксплуатации ГХК и исследований горных пород ГХК как аналога Нижнеканского массива вполне ожидаемо для данного типа пород обнаруживаются участки с показателями высокой гидравлической проницаемости массива (кстати, гораздо выше, чем нормы на проницаемость пород по критериям размещения могильников). В том числе (и особенно) в пределах приконтурной зоны подземных сооружений. Налицо тесная связь поверхностных и подземных вод (https://e-reports-ext.llnl.gov/pdf/321359.pdf).

Факт «прозрения» неизбежно повторится и на Нижнеканском массиве, как только организаторы работ перейдут от благостных и ангажированных первоначальных обоснований к открытому обсуждению данных детальной разведки массива на глубину не менее 2-3 километров. Не перескакивая через этапы добротной РАЗВЕДКИ с поверхности до заложения дорогостоящих горных выработок подземной лаборатории. А также, объективно рассмотрев имеющийся опыт натурных оценок термомеханических последствий воздействия на целостность вмещающих горных пород «начинки» подземных сооружений ГХК (например, технические отчеты и журнальные публикации А.Б. Зверева). Расчетные модели – хорошо. Хотя они при чисто методологическом тестировании даже на одном и том же исходном материале (не экзаменуя важнейший фактор - достоверность этого материала) могут приводить к ужасающему разброду в результатах (http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=5226). Но разведка массива, которая в геологии предполагает также экспериментальную оценку основных параметров дальнейшей эксплуатации подземного объекта, и натурные исследования имеющихся выработок – лучше.

Вряд ли кому-либо из горняков, например, придет в голову идея строить подземный рудник, если для месторождения не утверждены (на государственном уровне) запасы руды, не выявлены достаточно надежно подземные условия, не отработаны технологии подземных работ и переработки руды, не определены потребители продукции. Совершенно точно, что для такой идеи данные по картировочным скважинам неглубокого заложения – никудышная основа.

Одна глубокая (тем более, сверхглубокая) скважина может по данным для отдельного участка земной коры не только разом низвергнуть фундаментальные до ее бурения общепланетарные геологические представления, но и наложить прямой инженерный запрет на проекты захоронения здесь ядерных отходов применительно к конкретным интервалам глубин. Например, «человечество должно быть безмерно благодарно коллективу Кольской СГ-3 за то, что эти люди предупредили об опасностях выполнения подобных… проектов» (сообщение П. Скуфьина, Апатиты). Каковы в Нижнеканском массиве «запасы» пород требуемого инженерного качества, их пространственное размещение? Каковы «запасы» отходов для Нижнеканского могильника и источники их формирования? Каков масштаб объекта, строительство которого пока поручено (на общественных слушаниях) одобрить даже не населению Красноярского края и тех тысяч железнодорожных станций, мимо которых пойдут «ядерные составы», а лишь славным жителям Железногорска? «За себя и за того парня», причем и за «парня» из будущего. Может быть, уже многократно увеличен бюджет Железногорска, как следует из французского опыта согласования решений с муниципалитетами, озвученного на Общественном совете Росатома в 2014г. (http://www.atomic-energy.ru/news/2014/06/09/49463)?

Приведу цитату, характеризующую весьма относительную полезность таких слушаний: «Вопрос: Какие факторы будут учитываться при вынесении решения о «непригодности» данного участка под размещение могильника? Ответ: Будет проводиться комплексная оценка по многим параметрам (геологическим, технологическим, экологическим и т.д.) на соответствие целому комплексу критериев» (http://aakolotov.livejournal.com/52756.html). Многозначительные, в стиле общих фраз, формулировки высокопоставленного представителя Росатома, которые удовлетворили, видимо, слушателей, не являются, к сожалению, достойным ответом по существу и даже формальной «отпиской». Проще можно было бы сказать так: будем работать много и правильно, но о конкретных действиях умолчу. Это похоже на игнорирование важного блока работ. Не приведены хотя бы выборочно примеры нормированных так или иначе критериев, не назван (хотя бы в первом приближении) общий их объем. А ведь именно правильно сформированный и примененный корпус критериев, большинство из нескольких десятков которых есть конкретные цифры, позволяет вынести научно обоснованное, надежное и проверяемое независимыми экспертизами ответственное решение о пригодности/непригодности площадки. Например, в не самой совершенной работе (TACIS Project NUCRUS 95410) группа только геологических критериев содержит более 50 позиций. Последующая расчетная оценка безопасности выбранных по этим критериям двух десятков площадок не дала ни одного отрицательного результата (вот аргумент в части силы правильных норм!). Иначе, в принципе, и быть не могло для штатных ситуаций. Грубо говоря, можно было бы и не тратиться на изготовление красивых картинок по расчетам. Ведь критерии-нормы взяты не «с потолка». Они суть нормативное отражение предыдущего совокупно и расчетного, и экспериментально-исследовательского, и эксплуатационного опыта применительно к подобным объектам. А такой опыт, худо-бедно, есть для времени в десятки лет (Германия, Швеция, Финляндия как минимум). Там, где от выверенных норм для свободы маневра (а допустимо ли это?) предпочитают отказаться, остается лишь словесно и при помощи не всем понятных «результирующих» картинок многозначительно (но не всегда ответственно) вещать и обещать.

Впрочем, иногда еще более просто формируют мнение слушателей (правда, не понятна тогда вся суета вокруг выбора площадки вообще): «Как полностью исключить взаимодействие ядерных отходов с живой природой на длительный срок? Ответ на этот вопрос - главная цель лаборатории. По вопросу её строительства в следующем году в Красноярске пройдут широкие общественные слушания. На главный вопрос "безопасно ли это?" ответ есть у атомщиков уже сегодня: об этом позаботилась сама природа этого места» (http://enisey.tv/news/technology/70270/?PAGEN_2=701).

С другой стороны, иногда (в Мурманске, Ленинградской обл.!) благостность и предопределенность, задаваемые организаторами форумов/слушаний от Росатома, нарушают: «Ложь и провокация Росатома: форум-диалог в Мурманске», «Суд признал недействующими решения по итогам общественных слушаний по захоронению радиоактивных отходов в Сосновом Бору» (http://sz-fo.ru/lenoblast/1313596/, http://www.bellona.ru/weblog/1258852804.3).

Нынешняя администрация Росатома на примере программ строительства АЭС показала слабость планирования и реализации планов в интервале времени в десять лет. Но она, на примере могильника вблизи Красноярска, пытается убедить общество, что на миллионы лет вперед предвидеть ход событий и тратить бюджетные деньги умеет. Специалисты США несколько десятков лет поэтапно выбирали по всей стране площадку для могильника, сравнивая разные геологические формации, пока не получили право начать горные работы на Yucca Mountain. Но, увы, итог и здесь печален.

А Росатом наскоком, в период труднейшей социальной ломки, в условиях буйства безответственных решений, при внешнем управлении процессами внутри страны с помощью ваучеров и «коробок из-под ксероксов», нашел подходящий массив «у забора» ГХК, замалчивая историю вопроса и альтернативы. Хотя должен был бы оценить территорию страны (если говорить о международном могильнике) или того региона, отходы которого должен принимать могильник (если говорить о региональном могильнике). «Забыв» это сделать («забыв» про общепризнанный в мировой практике необходимый этап), Росатом сразу создал основания для серьезных сомнений в объективности работы. Дальше потянет «забыть» про добротную разведку (первооснову любых подземных начинаний) площадок Нижнеканского массива – и выручай, филология, вместо геологии… Про похожие ситуации в народе говорили так: «Дела идут, контора пишет». В результате именно такой филологии Нижнеканский массив еще в 2007г. объявлен разведанным и пригодным. Нарисована картина, на которой на многие километры в трех измерениях массив весомо охарактеризован монолитным (http://www.atomic-energy.ru/news/2014/06/16/49555). На основании этого сделан следующий шаг - как бы вмонтирован нужный блок в фундамент обоснования будущего международного центра: «Кроме того, одним из преимуществ размещения на ГХК такого комплекса является наличие разведанного в данном районе Нижнеканского гранитоидного массива, который может быть использован для захоронения надежно упакованных высокоактивных отходов (ВАО) от переработки ОЯТ и неперерабатываемого облученного топлива» (http://www.z101359.infobox.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=888; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=888).

Есть и другие примеры странной «забывчивости» («тут помню - тут не помню») и избирательного подбора аргументов при обосновании Красноярского могильника и отбрасывании других («чужих») вариантов. Т. Гупало, начальник Центра развития технологии подземной изоляции РАО и ОЯТ ВНИПИПромТехнологии, в одной из рецензий (2006г.) относительно гипотетической площадки международного могильника в Якутии писала: «… возможно усиление негативного отношения к атомной энергетике в обществе в силу неизбежного возникновения чрезвычайных ситуаций при транспортировке столь значительных объемов ОЯТ через территорию всей страны…». Очень точное суждение! Почему же этот аргумент не рассматривает его автор применительно к Красноярску?

Выбор Нижнеканского массива осуществлен структурами Росатома – ВНИПИПромТехнологии и Радиевым институтом. Он не оптимален геологически (http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=5226: http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=4634). Номенклатура подлежащих долговременной/вечной изоляции высокоактивных материалов уже сейчас не сводится только к отходам радиохимии ГХК. Со временем, особенно при ускорении процессов демонтажа ядерных объектов и все большей интернационализации отрасли, неадекватность по многим параметрам площадки вблизи Красноярска будет становиться все очевидней и отягощающей. И шаг за шагом, если могильник здесь будет построен, его функции, скорей всего, будут последовательно, каждый раз «в связи с новыми непредвиденными обстоятельствами», расширяться. Модернизация станет постоянной. Радиационные нагрузки на территорию будут возрастать. Как происходит сейчас на площадках в Сосновом Бору (http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=5079), Сайда-Губе и Приморье. И как, в принципе, уже предусмотрено в подготовленном на иностранные деньги и ссылающемся на международный, по-крупному, статус могильника под Красноярском документе (https://e-reports-ext.llnl.gov/pdf/321359.pdf). По схеме многоступенчатой «актуализации» со временем целей и задач (попросту говоря, подгонки под нужные). Для создания условий конкурентоспособного на международной арене развития российской ядерной энергетики и промышленности. Или как обозначено в докладе (http://www.fcp-radbez.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=355&Itemid=386).

При уважении к опыту упомянутых выше институтов, следует помнить, все же, и некоторые неприятные итоги их научных обоснований в условиях финансовой и корпоративной зависимости от администрации Росатома. ВНИПИПромТехнологии – разработчик («научный» подход тот же – «у забора» своего объекта, но совершенно иного назначения) отвергнутого после критики со стороны Горного института Кольского НЦ РАН проекта подземного ядерного могильника на полигоне Новой Земли, незаконченного аналогичного проекта для территории ПО «Маяк». Кто может вспомнить добрым словом эти проекты? Прямое наследство ВНИПИПТ – неоднозначные результаты подземных ядерных взрывов в мирных целях. Радиевый институт поддержал продвижение одной из технологий обращения с радиоактивными отходами на объекты ПО «Маяк» и РосРАО. Технологии, которую осудила Комиссия РАН по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований (http://www.gazeta.ru/science/2013/06/28_a_5394973.shtml; http://moi-vzn.narod.ru/VZN_12.PDF, с. 22-24; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=4630).

Разумные независимые альтернативы на периферии РФ: лучшие, но опальные

Ну-ко, ты, мастер явленый, покажи, как, по-твоему, сделать?

П. Бажов, «Каменный цветок»

Могильник за Уралом – исторически не первое предложение Минатома/Росатома. Кстати, первым (1985г.) было предложение о Кольском полуострове (http://www.opec.ru/news.aspx?id=221&ob_no=86000), а первое впечатление, как говорят, всегда самое верное. Какова судьба предыдущих, каждое из которых в свое время было «всесторонне обоснованным и единственно верным»? Почему «один на всех» могильник вот-вот будут строить вблизи Красноярска – географического центра России? Всесторонне ли обоснован этот вариант с учетом предыдущих и еще имеющихся сейчас вариантов и тенденций?

В 2014г. была организована «арабская весна» с нацистским «душком» уже непосредственно у границы РФ - на Украине (ДОЖИЛИ!!!). Как показали официальные высказывания премьер-министра А. Яценюка позже (отнесение Украины и Германии к одному лагерю стран по отношению к военным действиям СССР как члена антигитлеровской коалиции во время второй мировой войны), это и не душок вовсе, а индикатор последствий целенаправленного превращения Украины в страну, однозначно исповедующую идеологию нацизма (http://www.trinitas.ru/rus/doc/0012/001d/00123360.htm). Экономическая подоплека – сланцевый газ на юго-востоке страны. Дополнительно – возможность там же без протестов хоронить зарубежные ядерные отходы (http://www.gazeta.ru/business/2014/07/08/6106605.shtml; http://www.anna-news.info/node/18308). Вспомним, что и на севере Украины в чернобыльской запретной зоне формируется объект изоляции таких отходов (может непроизвольно, будем пока так считать, образоваться система обращения с отходами на периферии, у границ с Белоруссией и Россией; http://english.pravda.ru/science/11-03-2014/127088-ukraine_deposit-0/). И это лишь один из первых этапов при достижении важнейших геополитических целей (http://www.trinitas.ru/rus/doc/0009/001a/00091108.htm). На Украине, которая отягощена «наследством» Чернобыльской АЭС, с трудом и демонстрацией слабой договороспособности расставалась с целью владеть ядерным оружием (http://www.pircenter.org/media/content/files/12/13984146740.pdf). Причем эта цель, в диких условиях современного «гуляй-поля», может быть реанимирована (http://nuclearno.ru/text.asp?17734). На Украине, которая пошла не по пути «финляндизации» (добрососедства со всеми на базе реального суверенитета), находясь на стыке России и Запада, а превратилась в страну-провокатора/ядерного шантажиста (ТВ «Культура», «Что делать» от 21.09.14; http://ria.ru/radio_brief/20140919/1024774740.html). Господствовавший там клан постсоветских олигархов не проявил даже признаков желания защитить государственные интересы. Прогнозы поведения российских олигархов в схожей ситуации даны Ю. Болдыревым (http://svpressa.ru/society/article/82781/). «Арабская весна» в условиях развитой ядерной инфраструктуры, хотя и изначально гражданской, порождает нешуточные глобальные тревоги (http://topwar.ru/42726-yadernye-tayny-pokoynogo-muzychko.html; http://www.fondsk.ru/news/2014/03/27/o-chem-molchali-na-gaagskom-sammite-26631.html). Под предлогом заботы о ядерных объектах многие не исключали раздел этой второй по значимости славянской страны (http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=5097).

Кто готов согласиться с тем, чтобы ядерные объекты и в окрестностях Красноярска охраняли бы силы НАТО, как подобное прочат Украине (http://itar-tass.com/mezhdunarodnaya-panorama/1114926; http://worldru.ru/index.php?nma=news&fla=stat&nums=31930)? Или с тем, чтобы ядерный могильник (в паре с радиолокационной станцией в Енисейске) в центре страны (http://greenworld.org.ru/sites/default/greenfiles/Mariasov_doklad_int.pdf) и вблизи Енисея (маркера мощного геологического разлома) как потенциальная цель для удара современными или будущими видами дистанционного оружия был бы ключевым звеном военно-политического шантажа России? Такое столь же недопустимо, как планировавшаяся база НАТО/США в Крыму.

Многие понимают, что конечной целью этой «арабской весны», как и предыдущих, является Россия (http://www.trinitas.ru/rus/doc/0012/001d/00123243.htm, http://www.trinitas.ru/rus/doc/0012/001d/00123230.htm; http://www.trinitas.ru/rus/doc/0012/001d/00123008.htm).

А почему не построить два объекта подземной изоляции ядерных материалов, но, воспользовавшись методологией Украины и ее западных наставников-поводырей, у границ (западной, Печенга и восточной, Краснокаменск)? Могильники у границ с серьезными соседями на несколько порядков повысят безопасность объектов. По крайней мере, о разрушениях в результате военных действий, диверсий и терактов, направляемых против России, призывах внешних сил в связи с могильниками к делению страны пополам можно будет не беспокоиться. Уменьшится число желающих дестабилизировать страну посредством «цветных революций». Терроризм и промышленные аварии стали постоянной частью российской действительности. Новинкой применительно к ядерным объектам следует считать «интеллектуальный терроризм изнутри» (https://www.facebook.com/ZelenaaLiga/posts/328816177263046; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=5307; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=4833, комментарий Е. Катковского). Будем также крепко помнить о работе крылатых ракет по Югославии. Вовсю идет подготовка к подобному в Сирии. Но никто не решится потревожить таким образом совместно Россию и Китай или Россию и Норвегию, Финляндию, Швецию. Да и другие аспекты безопасности могильника будут выверены многократно, безо лжи, в связи с жизненно важными интересами разных стран, не только Росатомом.

Учитывая масштаб задачи и длительность качественного выбора, строительства, эксплуатации и мониторинга объекта, несомненно, что это мотивирует «навечно» международное сотрудничество в приграничье нынешней молодой поросли специалистов и будущих поколений. Можно (пока сугубо предварительно и менее конкретно) подумать в контексте периферии и о международных могильниках на Камчатке и Таймыре.

В конце концов, если события к тому пойдут (очередное ускорение налицо, http://lenta.ru/news/2015/01/22/doomsday/, http://itar-tass.com/politika/1404370, http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=5507), у Печенги и Краснокаменска есть и потенциал глобального или регионального (арктического в случае Печенги) ядерного сдерживания. Аналогично широко известной идее реального и фантастического вариантов «Периметр» и «Машина Судного дня». Никаких уязвимых средств ответной доставки не надо. И дополнительные усиливающие эффект «оболочки» из кобальта или урана легко выполнить из местного рудного сырья. «Ядерный остров» в границах родного мне Мурманска (http://nuclearno.ru/text.asp?17345), как и хранилище на сто лет в Сайда-Губе, как и скорое возложение на «Атомфлот» функций по перезарядке реакторов всех АПЛ РФ в «столице Заполярья» (http://itar-tass.com/spb-news/1359014), видимо, задумка Росатома «из той же серии». Но, надо отметить, не в самый раз придумано: слабо, слабо…. Не учли настораживающую трассу событий с АПЛ «Комсомолец», «Курск», «Екатеринбург». По части защиты безопасности страны и региона этот как бы остров не только многократно хуже, чем вариант Печенги, но и, скорей всего, подрывает ее. Береговые базы и судоремонтные заводы ВМФ России, прилегающие акватории впору называть «Новыми Бермудами».

Концентрация ядерных технологий в Городе-Герое Мурманске и вблизи главных баз Северного флота возможна, а их отходов в недрах Печенги – нет?

Народ, не очень смыслящий в математике, но знающий жизнь конкретно, говорит примерно так: «Лучше один раз увидеть и пощупать, чем сто раз имитационно моделировать». Поэтому предлагаю новую последовательность/программу работ по подземно-ядерной науке. У ГХК и Росатома, как и вообще в Красноярском крае (и не только), ведь многое уже есть.

Надо перевести туннель под Енисеем (слух прошел, что конкурс объявляли на предмет нового его использования) в ранг Подземной лаборатории (ПЛ) № 1. Или хотя бы организовать там постоянно действующую «пешеходную тропу» для обязательного посещения, прежде всего, апологетами строительства Красноярского могильника. При небольшом напряжении воображения и мыслей пешеходы в туннеле, интерпретируя сигналы собственной кожи о гидроизолирующих свойствах пород, могут представить, какой объем осадков за миллионы лет профильтруется через захороненные ядерные отходы. ПЛ № 2 – выработки, где будут на месте эксплуатации захоронены промышленные реакторы. Обе лаборатории полностью отключить от систем жизнеобеспечения и наглухо замуровать – избавить от влияния цивилизации. Оставить наедине с реальными природными процессами. Снабдив, конечно, каждую отдельной шлюзовой камерой – люком для периодического посещения лабораторий специально введенными в штат ГХК профессиональными спелестологами. Они будут совместно с учеными мониторить результаты. Надо бы красноярских спелеологов спросить: а нет ли вблизи ГХК природных пещер? Вот нам и ПЛ № 3 была бы. ПЛ № 4 следует разместить на одном из объектов «Норильского никеля» в Красноярском крае. ПЛ № 5 и № 6 – готовые выработки Краснокаменска и Печенги. Обобщение долговременных наблюдений за природно-техногенными процессами внутри и вне законсервированных подземных сооружений позволило бы говорить о некоем натурно-виртуальном подобии ПЛ № 7. Пример – исследование геологических изменений в связи с полостями и отсеками захоронения продуктов подземных ядерных взрывов («гора еще дышит», http://www.atomic-energy.ru/articles/2012/01/31/30417), а также с закрытием рудников Урала (Елохина С., Елохин В., http://www.mi-perm.ru/content/resume1.pdf) и Баренц-региона (В. Конухин, А. Козырев, А. Орлов и др., http://www.goikolasc.ru/sites/default/files/mon_Kon_fin.doc). В системе медно-никелевых рудников Печенги уже есть выведенные из эксплуатации («Восток» и «Каула») и находящиеся на пороге этого – богатая база для исследований.

Лет через 20-30 станет ясно: по нашим расчетным законам природа преобразовывает разные натурные модели могильников (которых в уже готовом виде может быть достаточно для надежных выводов) или по своим. А уж потом, если еще не исчезнут желание и потребность, можно будет приступить к работам по ПЛ № 8. Непосредственно в пределах Нижнеканского массива, предварительно в должной степени разведанного. А уж совсем потом из восьми лабораторий надлежит выбрать лучшую. В ее площадку и следует вложить основные инвестиции. Можно проигравшие лаборатории и на миллион лет оставить в качестве «образцов-свидетелей». Есть-пить они не попросят, а в реальный могильник вход должен быть ликвидирован по его статусу.

В докладе Ф. Марьясова (http://greenworld.org.ru/sites/default/greenfiles/Mariasov_doklad_int.pdf) для условий ГХК приведены фотографии (рис. 7, 9, 15, 28) выходов скальных пород на поверхность (удручающая картина с точки зрения людей, видевших в натуре массивы высокого инженерного качества!) и бетонных стенок подземных залов, освобожденных от размещавшегося там оборудования. К таким местам тоже бы водить научных экскурсантов надо. Технические возможности ныне (георадары, например) дают возможность и под бетон заглянуть на предмет визуализации данных о качестве породного массива. Ну, а для сравнения «наощупь» с ощущениями от пород высокого качества - пожалуйте с научными экскурсиями на Кольский полуостров. Например, на карьеры «Кузрека» (граниты), а также «Пояконда-Нигрозеро» и на подземные рудники Печенги (породы основного состава, не прикрытые крепью за ненадобностью).

Отметим, что авторство идеи о подземной лаборатории и могильнике в Краснокаменске, нашедшей поддержку в США и МАГАТЭ, принадлежит коллективу сотрудников ИГЕМ РАН во главе с Н. Лаверовым. Еще нужно внимательно посмотреть – как будет экологичнее и экономичнее: перевезти отходы Красноярского ГХК в надежное подземное хранилище в Краснокаменске или переместить тот же объем отходов в Нижнеканский массив с последующим на миллионы лет ограничением хозяйственной деятельности на Енисее из-за естественных или рукотворных (техногенных/диверсионных/военного генезиса) радиоактивных протечек из этого массива? Несколько километров по второму варианту в «особый период» до рек Кан или Енисей: да что стоит современным умельцам здесь, пользуясь рельефом местности/ущельями и долинами рек (http://green-union.org/node/250), «Плаушер» или «Чаган» пристроить?! Или что-либо более современное и похлеще (http://www.trinitas.ru/rus/doc/0023/001a/1053-pr.pdf) ?! Хотелось бы, чтобы и про подобные «пустячки» не забыли будущие (https://www.fabrikant.ru/trades/atom/Tender/?action=view&id=166; http://gornovosti.ru/glavnoe/pod-krasnoyarskom-zakhoronyat-45-tys-kubometrov-atomnykh-otkhodov444445546.htm) «проверяльщики» безопасности Нижнеканского могильника. Есть примеры-аналоги правильного подхода к подобным якобы «пустячкам» (комментарий о нарастающей важности и регламентации в структурах МО и МЧС анализа возможных в условиях военных действий катастроф на ядерных объектах, http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=5762).

Категория: Политические науки | Добавил: Administrator (16.02.2015)
Просмотров: 429 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]