Уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право - Юридичесике науки - Сортировка материалов по секциям - Конференции - Академия наук
Приветствую Вас, Гость! Регистрация RSS

Академия наук

Пятница, 02.12.2016
Главная » Статьи » Сортировка материалов по секциям » Юридичесике науки

Уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право
Вопросы законодательного закрепления принципов уголовного права как основополагающих идей в борьбе с опасными посягательствами
 
Авторы:
 
Васильев Алексей Михайлович, доктор исторических наук, кандидат юридических наук, профессор кафедры правовых дисциплин, заведующий кафедрой правовых дисциплин Армавирской государственной педагогической академии, член ассоциации юристов России, член РАЮН
 
Васильева Светлана Михайловна, кандидат юридических наук, капитан юстиции
 
Категория «принцип» означает основное исходное положение какой-либо теории, учения, науки, мировоззрения, политической организации и т.д. Принципы в праве отражают воплощенные в нем юридические идеи, которые являются отправными в законода­тельстве и правоприменении [1,с.269]. Такими идеями в уголовном праве является доктрина, основанная на принципах уголовно-правовой политики, которая направлена на защиту интересов личности, об­щества и государства от преступлений и иных общественно опас­ных посягательств, предусмотренных уголовным законом. Однако немаловажно, что концептуальные положения уголовно-правовой политики основаны на Конституции РФ, поскольку защита прав и свобод человека и гражданина является обязанностью государства, что закреплено в ряде конституционных положений. Следователь­но, принципы уголовно-правовой политики являются звеном, свя­зывающим уголовное право с Конституцией.
С другой стороны, уголовно-политические принципы высту­пают в качестве вектора развития уголовного права, фундамента, на котором должны строиться основополагающие идеи данной отрасли. Именно они определяют характер уголовного законода­тельства, а также практику его применения. Поэтому важно «...к системе принципов уголовно-правовой политики – указывает А.И. Коробеев, - отнести только те положения, в которых рас­крывается главное, основное, существенное в ее содержании».
В ближайшее время будет возрастать роль уголовно­-политических принципов не только в России, но и в других стра­нах. Государство, которое этого не признает, будет проигрывать не только в борьбе с преступностью, но и в обеспечении безопас­ности своих граждан от различного рода угроз. Данному умозак­лючению находятся следующие аргументы.
Во-первых, назревший кризис средств реагирования на общественно опасные деяния, запрещенные уголовным законом. При этом, пожалуй, общепризнанным остается кризис системы санк­ций. Основным упреком является то, что наказание исчерпало свой восстановительный потенциал. Во многих случаях наказа­ния, связанные с лишением свободы, используются избыточно и не оказываются последним доводом в инструментарии законода­теля. Да и сам этот инструментарий оставляет желать лучшего, поскольку едва ли не единственным таким средством реагирова­ния на общественно опасное поведение, включая преступление, по сути, является наказание. Отсюда следует, что уголовное пра­во сохраняет ярко выраженный карательный характер.
Во-вторых, происходит повсеместный рост регистрируемой преступности и тенденций к снижению пока не наблюдается. Растет также количество криминализируемых деяний, а декри­минализация отстает. Вследствие этого явления не уменьшается тюремное население планеты.
Таким образом, наиболее существенным моментом в содержа­нии уголовно-правовой политики является комплекс вопросов, связанный не только с криминализацией (декриминализацией), но и с определением магистральных направлений, перспектив развития уголовного законодательства, оснований, характера, объемов и пределов мер уголовно-правового воздействия.
С учетом изложенного, к принципам уголовно-правовой поли­тики можно отнести принципы экономии репрессии, дифферен­циации наказания и иных мер уголовно-правового принуждения, справедливости и гуманизма.
Принципы российского уголовного права получили впервые свое законодательное закрепление в УК 1996 г. К таковым зако­нодатель отнес законность (ст. 3 УК), равенство граждан перед законом (ст. 4 УК), а также принципы вины (ст. 5 УК), справед­ливости (ст. 6 УК) и гуманизма (ст. 7 УК). Установление указан­ных принципов является важным шагом в построении правовой государственности, но все же нельзя не отметить, что законода­тельное описание каждого из них не соответствует в полной мере концептуальным положениям уголовно-правовой политики.
Важно учитывать, что политика всегда опережает право. «Поэтому практика социального реагирования на новые вызовы все­гда будет опережать нормативное закрепление в законодательст­ве...» [2,с.217]. Однако сегодня этот разрыв критически велик. И чем скорее уголовно-правовая политика получит нормативную осно­ву в уголовном законе, тем быстрее уголовное право будет соот­ветствовать действительности.
Так, например, ч. 3 ст. 55 Конституции РФ предусматривает возможность ограничения прав и свобод человека и гражданина, если это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. В соответствии с Законом РФ от 5 марта 1992 г. «О безопасности» [3,с.2] (с изм. и доп.) безопасность определяется как состояние защищенности жизненно важных ин­тересов личности, общества и государства от внутренних и внеш­них угроз. В Концепции национальной безопасности, утвержденной Указом Президента РФ от 10 января 2000 г., определена сис­тема взглядов на обеспечение безопасности, источники угроз, а также подчеркнуто, что обеспечение защищенности от различного рода угроз, в том числе и от преступности, имеет не только право­вой, но и политический характер[4,с.6].
Следует также обратить внимание на то, что при конструиро­вании норм Общей и Особенной частей УК РФ часто употребля­ется термин «законодательство». Этот термин предполагает на­личие не одного, а некой совокупности законов. Но здесь нужно учитывать, что понятие «уголовный закон», которым широко пользуется теория уголовного права при характеристике тех или иных нормативных положений Уголовного кодекса, имеет неко­торую условность, поскольку, в отличие от самого Кодекса, не обладает всеми атрибутами закона как нормативно-правового акта. Очень часто под уголовным законом понимаются основопо­лагающие идеи уголовного права, нормативно закрепленные в УК РФ. Тем не менее, законодатель сам иногда ставит знак ра­венства между понятиями «уголовный закон» и «Уголовный ко­декс». Например, согласно п. 57 ст. 5 УПК РФ «уголовный закон - Уголовный кодекс РФ». В буквальном смысле закон - это юри­дически-целостный и структурно завершенный нормативно-правовой акт, который принимается Государственной думой РФ в соответствии с ее конституционными полномочиями. Исходя из вышеизложенных умозаключений, можно было бы предполо­жить, что такой же долей условности обладает и название раздела I УК РФ («Уголовный закон»), когда характеризуются норматив­ные положения об уголовной ответственности. Однако это пред­положение выглядит не совсем удачным, ибо задачи и принципы, определенные в разделе I УК РФ, как уже отмечалось ранее, от­носятся ко всему Уголовному кодексу, что определено законодателем. Парадокс в том, что эти задачи и принципы не могут регу­лировать все уголовно-правовые отношения хотя бы потому, что не распространяются на те из них, которые возникают в связи с совершением общественно опасного деяния.
Рассмотрим следующий принцип, определенный в ст. 5 УК РФ - принцип вины, в соответствии с которым лицо подлежит уголов­ной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина (ч. 1 ст. 5 УК); объек­тивное вменение, т.е. уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается (ч. 2 ст. 5 УК). В основе данно­го принципа лежит идея об уголовной ответственности за совер­шенное виновное деяние.
К недостаткам юридического выражения принципа вины можно отнести следующее: во-первых, он оказался оторванным от основания уголовной ответственности, поскольку вина высту­пает в качестве элемента состава преступления, т.е. составной частью основания уголовной ответственности; во-вторых, выде­ление вины в самостоятельный принцип привело к гипертрофи­рованию субъективной стороны преступления. Между тем такое же большое значение имеет требование, относящееся к объектив­ным признакам, поскольку лицо подлежит ответственности не только за виновное, но и за общественно опасное деяние, а также общественно опасные последствия. Однако социально опасные действия вовсе не обязательно могут быть виновными. Мало то­го, именно посягательство (в смысле, действие или бездействие) предшествует его уголовно-правовой квалификации, поскольку потерпевший, правоприменитель, общество - кто угодно, сталки­ваются вначале именно с посягательством, а не с умыслом и на­мерениями деятеля. В связи с этим следует подчеркнуть, что рас­сматриваемый принцип никогда не проводился в жизнь полно­стью, поскольку фактически применяемые меры к лицу, совер­шившему общественно опасное деяние в состоянии невменяемо­сти (или малолетнему), могут предусматривать причинение пося­гающему любого вреда, вплоть до причинения смерти.
Это умозаключение относится и к институту задержания вероятного преступника, и к необходимой обороне. Не принцип запрета объективного вменения, а необходимость защиты охраняе­мых уголовным законом интересов от общественно опасных дея­ний положен в основание данных норм[5,с.198].
Таким образом, об исследуемом принципе, исходя из его содержания, также можно сказать, что он не может быть применим к правовым последствиям деяний невменяемых, так как в основе таких мер лежит не вина, а существующая или прогнозируемая опасность лиц, страдающих психическими расстройствами. Не принцип вины, а принцип опасности лежит в основании этих мер. Представляется, что в УК должен быть сформулирован один принцип, объединяющий в единое целое и требование запрета объективного вменения ответственности, и требование примене­ния мер уголовно-правового характера к физическим лицам, не подлежащим уголовной ответственности ввиду недостижения возраста, невменяемости или иных обстоятельств, а также при­менения мер к юридическим лицам.
Уголовное законодательство России в действующем вари­анте не может гарантировать должную защиту интересов лично­сти, общества и государства от общественно опасных посягательств. Охраняемые уголовным законом интересы - объекты уголовно-правовой охраны фактически сведены до уровня объек­тов преступления. При этом задачи и принципы уголовного зако­на лишь юридически являются едиными для всего уголовного права России. Они формировались без учета реальной уголовно-­правовой политики, а потому воплощены только в отношениях уголовной ответственности. Это вызывает несогласованность уголовно-правовой теории с уголовным законодательством. При­чем в УК РФ возникли системные противоречия. Например, нет полной согласованности между нормами о принудительных ме­рах медицинского характера и нормами о задачах и принципах уголовного права; между ч. 3 ст. 20 и ч. 2 ст. 22 УК РФ (об ограниченной вменяемости).
Между тем, помимо преступлений, общественной опасностью могут обладать посягательства лиц, находящихся в состоянии невменяемости во время совершения соответствующего деяния, предусмотренного УК РФ; посягательства на охраняемые уголовным законом интересы со стороны несовершеннолетних, ко­торые в силу недостижения соответствующего возраста либо вследствие отставания в психическом развитии, не связанном с невменяемостью, не подлежат уголовной ответственности; обще­ственно опасная деятельность коллективных субъектов.
Литература:
1.Коробеев А.И. Принципы российской уголовно-правовой политики как отра­жение конституционных основ уголовного права // В сб.: Конституционные основы уголов­ного права. Материалы I Всероссийского конгресса по уголовному праву, посвященного 10­-летию Уголовного кодекса Российской Федерации. М.: ТК Велби, 2006. С. 269
2.Мишин Г.К. К вопросу о природе и методе уголовного права // В сб.: Уго­ловное право России: проблемы и перспективы / Ред.: С.В. Бородин, С.Г. Келина. М.: Институт государства и права РАН, 2004. С. 217.
3.Ведомости Съезда нар. депутатов РФ и ВС РФ. 1992. № 15. Ст. 769.
4.СЗ РФ. 2000. 10 января. № 2. Ст. 170.
5.Мишин Г.К. К вопросу о природе и методе уголовного права: правовые и политические элементы в уголовном законе // В сб.: Уголовное право России: проблемы и перспективы / Ред.: С.В. Бородин, С.Г. Келина. М.: Институт государства и права РАН, 2004. С. 198.
Категория: Юридичесике науки | Добавил: Иван155 (09.02.2013)
Просмотров: 647 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]