Философская антропология, философия культуры - Философские науки - Сортировка материалов по секциям - Конференции - Академия наук
Приветствую Вас, Гость! Регистрация RSS

Академия наук

Понедельник, 05.12.2016
Главная » Статьи » Сортировка материалов по секциям » Философские науки

Философская антропология, философия культуры
Модальности чувственности в пространстве религиозного опыта

Автор: Папченко Елена Викторовна, кандидат философских наук, Южный федеральный университет
 
Модальности чувственности – цвет, звук и запах, имеют аксиологическое значение в жизнеустройстве человека, они не просто привлекают к себе внимание, украшают мир, но и придают ему большую ценность, пробуждают эстетические чувства, являются источниками информации, позволяют создавать комфортную среду существования человека. Уже у истоков культуры модальности чувственности не только широко использовались в ритуальных обрядах, но и подчас рассматривались как атрибуты магических, сакральных, божественных сил, а в определённых случаях и как само божество. Активизация всех модальностей чувственности широко применяется для установления эмоциональной связи между людьми при выполнении религиозных обрядов.
Наиболее рельефно проблема чувственности в религиозном аспекте выражена у П.А. Флоренского, который особое внимание уделяет таким видам чувственности, как зрение и слух: «Там, где наиболее возвышенным считается внешнее, где предметом религиозных переживаний признаётся данность мира, пред нашим духом расстилающаяся, основным в религиозной жизни провозглашается зрение. Там же, где наоборот, наиболее оцениваются волнения человеческого духа и они именно почитаются наиболее внятными свидетелями о Безусловном, – там верховенство утверждается за слухом, слухом и речью, ибо слух и речь – это одно, а не два, – по сказанному» [1; 24 – 25]. И в связи с этим он проводит различие в стремлении к католицизму и протестантизму в зависимости от психологического типа – зрительного или слухового, при этом католиков он относит к людям зрительного типа, а протестантов – слухового. «Православие же, ‒ отмечает П.А. Флоренский, ‒ есть гармония, гармоническое равновесие того и другого, зрительного и слухового типа. И потому в православии пение столь же совершенно онтологично, как и искусство изобразительное – иконопись» [1; 25]. Для П.А. Флоренского икона является высшим родом изобразительных искусств, занимающим уникальное место не только в храме и богослужении, но и в обычной жизни [2; 48].
Цвет, как модальность чувственности, неотъемлем от религии, а его роль в религиозном сознании человека трудно переоценить. Вся религиозная атрибутика – хоругви, балдахины, купели, алтари, ризы, мантии, дароносицы, ленты и пр. – всё это излучает блеск и очаровывает верующих так же, как и звучание музыки, пение хора или запах ладана. Для того чтобы подчеркнуть важность календарного цикла христианского года, многие церкви используют для каждой поры особые облачения и покровы. Для каждого церковного праздника священнослужители должны облачаться в одежды предписанных цветов: красный, жёлтый, белый, голубой, темно-красный, зелёный или чёрный. Например, красный цвет соответствует празднику Пасхи и всей пасхальной седмице, а также дням поминовения мучеников. Облачения же жёлтого (золотого) цвета используются в господские праздники (Рождество, Сретенье, Преображение, Вознесение), в дни памяти апостолов и в воскресенья.
Многоцветие православной иконы высоко ценил Е.Н. Трубецкой, указывая, что древнерусские иконописцы с поразительной ясностью воплотили в образах и красках то, что наполняло их душу – видение иной жизненной правды и иного смысла мира [3; 7]. Следует отметить, что и Н.К. Рерих показывает значимость, силу и «смелость красочных выражений» в храмах России: «Стены эти – тончайшая шелковистая ткань, достойная одевать великий Дом Предтечи! <…> каждая открытая дверка поражает вас неожиданным стройным аккордом красок. <…> успокаивает задумчивая синяя-прозелень; или как бы суровым словом канона останавливает вас серыми тенями образ, залитый охрой. Вы верите, что так и должно быть, <…> и что эта красота еще много раз будет нужна вам в вашей будущей жизни» [4; 17]. Таким образом, в религии цвет рассматривается, как связующее средство между Богом и человеком.
Удивительное влияние ритмов и мелодий на настроение и состояние человека обусловило их применение в ритуальных и религиозных обрядах. Так католицизм сформировал торжественную, богато украшенную, но в тоже время эмоционально сдержанную службу. Немалую заслугу в создании этого настроя играет архитектура, составляющая с музыкой неразрывное целое [5; 125]. С приходом готической архитектуры, внутреннее пространство которой как нельзя более соответствует задачам музыки, не только появились особые акустические условия для раскрытия всей музыкальной палитры звучания органа, но звук при этом выполнял и психологическую, и эмоциональную задачу. Акустика католических храмов устроена таким образом, что звук, идя от органа вверх, ударяясь в купольное пространство, устремляется на молящихся сверху вниз, обрушиваясь на человека своей красотой, величием, мощью, одновременно и возвышая настрой, и подавляя человека через осознание им своей малости и несовершенства.
В православной церкви важное место занимает колокольный звон, звук, являющийся одним из самых благоприятных для человеческого слуха, поскольку он состоит из обертонов, из которых слух человека способен уловить лишь часть, но и эта часть никого не оставляет равнодушным, оказывает благотворное воздействие на человека. Как отмечает Й. Хёйзинга: «Но один звук неизменно перекрывал шум; сколь бы он ни был разнообразным, он не смешивался ни с чем и возносил всё преходящее в сферу порядка и ясности. Это колокольный звон. Колокола … знакомыми всем голосами возвещали горе и радость, покой и тревогу, созывали народ и предупреждали о грозящей опасности» [6; 8].
Колокольные звоны были спутниками человека от рождения до смерти, радовали и охраняли, объединяли народ в часы бедствий и дни всеобщего торжества, их звук вошёл в народное сознание, как звук, обладающий мощным этическим воздействием [7; 15 – 16]. Благодаря воздействию колокольного звона (например, пасхального благовеста), церковной музыки, человек обретает утерянное ощущение уюта и близости в её звучании, в результате её расслабляющего воздействия на человека. Подобное влияние колокольного звона позволило применять его в народной медицине. Как в европейских странах, так и в России, колокола использовались для лечения глухоты, немоты, косноязычия, испуга. Считалось, что звук басовых, низкочастотных колоколов успокаивает, а высокочастотных – возбуждает, в связи с чем, во времена «моровых поветрий» принято было звонить в высокочастотные колокола, поскольку считалось, что этот звук способствует затуханию эпидемий. Колокольные звоны стали неотъемлемой частью фольклорных праздников, проведения свадебных обрядов в народных традициях. Всё это свидетельствует о том, что колокольный звон используется как в культовых, так и в гражданских целях. В современной культуре для уменьшения социальной напряжённости используется колокольный звон, о чём свидетельствует использование мобильной звонницы в учреждениях системы исполнения наказаний, где первостепенной задачей колокольного звона является не призыв к богослужению, а призыв к духовному обновлению [8; 218].
«Там, где сладко пахнет – там и бог», – считалось издревле, и сжигались в религиозных целях благовонные растения, смолы, бальзамы [9; 10]. Так, например, в Древней Греции воскурение ладана и мирры являлось средством общения с богами, которые «питались» этими ароматами [10; 34 – 35]. Ароматические вещества, являясь пищей богов, в то же время представляют собой неотъемлемый элемент божественной природы: алтарь, храм, одежда – все атрибуты богов – источают благоуханные ароматы, т.е. приятный запах является специфическим свойством, присущим богам, знаком их надприродного положения. Считалось, что восхитительные запахи источают светлые божества, а божества смерти издают тошнотворные, зловонные запахи. Иначе говоря, в сознании человека запах является культурным кодом, сопровождающий как мир человека, так и трансцендетный мир [11; 25]. В древних языческих системах возникла систем кодификации трансцендетных запахов: греческие божества источали запах ладан, мирры, в христианстве благоухают иконы, что является результатом ольфакторного восприятия божественного мира человеком. Как указывает М. Монтень: «… употребление ладана и других ароматов в церквах, распространенное с древнейших времен среди всех народов и во всех религиях, имеет целью пробудить, очистить и возвеселить наши чувства, сделав нас тем самым более способными к созерцанию» [12; 280].
Проведённый анализ роли модальностей чувственности в пространстве религиозного опыта позволяет выявить их аксиологическую значимость в жизнеустройстве человека. Воплощение стремления к покою и единству помогает достичь в совокупности воскурение ладана, звон колоколов, церковная музыка и цветовая палитра церковного убранства. «Религиозная терапия дает нам самопознание себя в обществе. Своего Я в коллективном бессознательном. Раскрыть содержание архетипа через резонанс сублиматов. Звуковых (хор, орган, молитва), цветовых, кинестетических и многих других. Растворить свое Я в веках, в архетипах. Осмыслить свои архетипы. Выразить себя» [13; 67].
 
Литература:
1.Флоренский П. Философская антропология // Имена: Сочинения. – М.: Эксмо, 2008.
2.Бычков В.В. Эстетический лик бытия (Умозрения Павла Флоренского). – М.: Знание, 1990.
3.Трубецкой Е.Н. Умозрение в красках. Вопрос о смысле жизни в древне-русской религиозной живописи // М.: Типография Т-ва И.Д. Сытина. 1916.
4.Рерих Н.К. Об искусстве. – М.: Международный Центр Рерихов, 1994.
5.Новичева Е.О. Духовные традиции в музыке и религии // Звук и музыка в нашей жизни: сборник докладов научно-практической конференции. Москва, 11 апреля 2012 г. – Омск: Издательский Дом «СириуС», 2012. С. 195.
6.Хёйзинга Й. Осень средневековья. – М.: Наука, 1988.
7.Трубачёв С.З. Колокольные звоны // Наука и религия. №4. 2009. С. 15 – 16.
8.Благовещенская Л.Д. Роль звона в обновлении звуковой среды поселения // IX Конгресс этнографов и антропологов России: Тезисы докладов. – Петрозаводск, 4 – 8 июля 2011 г. / Редкол.: В.А. Тишков и др. – Петрозаводск: Карельский научный центр РАН, 2011. С. 218.
9.Основы органической химии душистых веществ для прикладной эстетики и ароматерапии / А.Т. Солдатенков, Н.М. Колядина, Ле Туань Ань и др.; под ред. А.Т. Солдатенкова. – М.: ИКЦ «Академкнига», 2006.
10.  Детьен М. Священные благовония и пифагорейская кухня (из книги «Сады Адониса: Мифология ароматов в Греции»)//Новое литературное обозрение. 2000. №43. С. 34 – 59.
11.  Климова С.М. Эссенция и экзистенция любви; «дух» и «запах» («Sophia» Вл. Соловьева и «Парфюмер» П. Зюскинда) // Человек, №4, 2002. С. 25.
12.  Монтень М. О запахах // Опыты. В 3-х кн. Кн. 1 и 2. – М.: Наука, 1979.
13.  Серов Н.В. Цвет культуры: психология, культурология, физиология. – СПб.: Речь, 2004.
 
Категория: Философские науки | Добавил: Иван155 (12.06.2013)
Просмотров: 621 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 2
2  
Есть чувства, и есть эмоции. Эти два понятия часто подменяют, смешивают и путают. Зрение и слух не являются органами чувственности. Просто чувственность базируется на той базе данных, которые передают зрение и слух. Статья очень эмоциональная, но согласиться с ней никак не возможно. Иначе придется и театр объявить религией. Ну, или религию признать фарсом...

1  
Связь между модальной чувствительностью и религией, действительно, большая. И каждый верующий, человек чувствует её, иногда, даже не осознавая. Образы икон, звук колоколов способны произвести с человеком настоящий катарсис. Кроме того, это имеет колоссальное влияние на психологическое состояние человека. И, как правильно, отметил автор, осознать себя в обществе.

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]