Филологические науки - Филологические науки - Сортировка материалов по секциям - Конференции - Академия наук
Приветствую Вас, Гость! Регистрация RSS

Академия наук

Среда, 07.12.2016
Главная » Статьи » Сортировка материалов по секциям » Филологические науки

Филологические науки
Ареальная  терминология родства Узбеков Каракалпакии
 
Автор: Замира Юлдашевна Ибрагимова, кандидат филологических наук, доцент, Узбекистан, Республика Каракалпакстан, Каракалпакский    государственный университет им. Бердаха
 
Термины родства являются древнейшим пластом словарного фонда языка. Они представляют большой интерес не только для историко-этнографический источник, но и как лингвистический материал. Терминология родственных отношений в узбекском языке в основном едина, что объясняется общностью происхождения узбеков и их материальной и духовной культуры.
Однако выделяются ареалы употребления отдельных узколокальных терминов или противопоставляются изоглоссы синонимов одного и того же термина. В некоторых случаях ареалы характеризуются несколько иным развитием термина в семантическом плане и т.д. Причем своеобразие отдельных говоров можно объяснить, по-видимому, и экстралингвистическими и др. факторами.
С этой точки зрения интерес представляют узбекские говоры Южного Приаральского (далее- УзГЮПА) региона, сформировавшиеся в ходе  миграционных процессов, в частности, переселения узбеков и других народностей Средней Азии на Южные Приаральские земли и существования их в различных этноязыковых ситуациях. Изучение их диалектных особенностей с привлечением историко-археологических данных, материальной и духовной культуры, также и архивных материалов, показало, что ведущая роль в процессе их формирования принадлежала узбекам. В то же время, эти говоры подвергались определенному влиянию смежных языков, в частности, казахского, каракалпакского и туркменского, хотя степень его влияния была весьма различной.
УзГЮПА ареала выделяются и составом терминов родства. Естественно, их терминологическая система и своеобразие и выражается по-разному. Для говоров этого ареала  характерно наличие или отсутствие отдельных терминов, некоторые отличия в фонетической огласовке или морфологическом оформлении, смысловой нагрузке, синтаксической связи и т.д.
Тем самым при общей одинаковой системе родственных отношений во всех узбекских говорах возникает своя система терминологии родства в отдельно взятом говоре. Иначе говоря, система терминов родства в литературном языке, диалектах и говорах отражает одну и ту же систему родства по-своему (Джафаров,1971:7). Описывать систему терминологии родства каждого говора узбекского языка, на наш взгляд, вряд ли является целе сообразным. В то же время нельзя не обратить внимание на УзГЮПА  ареала, объединяющегося, как указали выше, особенностами формирования, естественно, особенности в формировании говоров отразились и на терминологии родства.
Слово ата часто употребляется в значении ‘дедушка’, реже в значении ‘отец’. Регулируется это следующим образом. Если в семье жив ‘отец’,  тогда родной отец считается как бы братом. Если в семье родились дети после смерта деда, то отца можно называть словом ата ‘отец’. Словом ата могли называть и прадеда по отцу и, в эпоху большой семьи, самого старшего мужчину в роде. Сейчась это явление имеет пережиточный характер. Итак, в исследуемых говорах для обозначения понятия отец существует два термина  ата и әкә:әке. Первый из них - более официальный.
Следует отметить, что в каждом диалекте узбекского языка понятие отец выражается целым рядом слов-синонимов. Нам думается, что это отзвук эпохи большой семьи, дошедший до наших дней. Люди как-то должны были разграничивать своего настоящего отца и главу рода, семейства, и в последствии, когда распалась большая семья, дети в силу привычки продалжали называть своего отца әкә и әке. Так возникли синонимы ата-әкә-әке. Слово аға, әкә в соседних южнохорезмских говорах узбекского языка, а также в каракалпакском, казахском говорах данного региона отмечено в этом же значении.
Слово әкә часто употребляется в речи узбеков Ходжелийского, Амударьинского, Гурленского, Янгибазарского, Берунийского, Куня-Ургенчского, Губадагского, Болдумсазского районов в значении  старший ‘брат’, ‘отец’, при вежливом обрашении к сташему мужчине, реже в значений ‘муж’. Это явления  имеет пережиточной характер и отражает так называемую «туранскую» систему родства (Филин 1948:388), иногда отец и брат относились к одной категории отцов.
Әкә имеется во всех узбекских диалектах и говорах в различных фонетических вариантах. В УЗРС. отмечено ака ‘старший брат’ при вежливом обрашении к старшему мужчине’ (УзРС.29), ср. также ккалп. әке ‘отец’ (ККРС.71), казах. ата, әке ‘то же’ (РКазС.473).
Слово аға  ‘старший брат’ имеет в тюркских языках многочисленные соответствия ср. азерб., гагауз., кирг., башк., казах., якут. аға; уйгур., алт., хакас. акә; шор., чув. акка, чул. ага (Дульзон,1984,63), в западном диалекте казахского языка ака (Сарыбаев 1958, 493). Данный термин проник и в другие неродственные языки. В узбекских говорах данного региона представлены две формы: мякорядная әкә:әке и твердорядная аға. Касаясь происхождения генонимов аға:әкә в современном чувашском языке, Л.А.Покровская отмечает, что это явление трудно поддается объяснению на материале лексики тюркских языков (Покровская,1961,35). По нашему мнению, семантическое расхождение этого генонима вызвано тем, что эта основа, также как остальные тюркские генонимы, обладает исконной двузначностью, иначе говоря, в алтайских языках термины родства  дифференцированы не совсем часто и могут обозначать родства как по мужской, так и по женской линии. Это явление отмечается и в других исследованиях по алтайской генонимы (Цинцус 1985:130). Этимология термина не установлена до сих пор. Согласно Э.В.Севортяну, предположение Г.Дерфера о происхождения данного термина из монгольских языков бездоказательно (Севортян,1974,1,71,72). По нашему мнению, основа аға образована от корневого ағ при помощы аффикса -а. В современных тюркских языках достаточно широко представлено фонетическое чередование гласных а о в пределах одной и той же основы. В этом плане можно привести примеры из исследуемых говоров, ср. дән (дон) ‘зерно’, бәлә (бало) ‘беда’ и т.д. Ареалогическое явление встречается спородически и во многих тюркских и алтайских языках. В связи с этом можно предположить, что тюркский геноним аға мог иметь и фонетический вариант ога в праязыке. В этом аспекте интересно сопоставить корневой компонент аг с корневым компонентов ог, который прослеживается в ряде тюркских и алтайских основ. В первую очередь следует древнетюркский термин огуш со значениями  ‘род’,  ‘родства’, ‘племя’. Этот термин явно расчленяется на корневой компонент ог и деривационный элемент -уш. В пользу этого свидетельствует алтайский термин ук ‘род’, а также монгольский синоним уг ‘род’, ‘племен’, ‘происходение’. Древнетюркский термин огуш:угуш  (Севортян,1971, 382), имеет тесную этимологическую связь не только с алтайских ук ‘род’ и монгольским уғ ‘племя’, но и с якутским генонимом ого ‘дитя’, ‘детеныш животвых’ (ДТС,365). Вместе с тем следует отметить, что этот термин связан также и с общетюркским генонимом оғлан ‘сын’. Последный состоит из первичной базы оғул и уменьшительного аффикса -ан . Первычная база оғул  расчленяется на корневой компонент оғ и аффикс -ул. Таким образом, связь генонима аға с вариантом ога впольно реально. В литературном языке имеется четыре значения данного слова: 1) старший (родной или двоюредной) брат, 2) дядя или любой старший родственник по отцовской линии, 3) почтительное обращение к старшему, 4) господин. Местные формы әкә: әке, вероятно, стоят ближе к слову ака, нежели к слову аға. Соответственно некоторые исследователи считают, что формы ака:әкә:әке являются рефлексом древного термина ака, а слова аға: ага: ага древнего термина ака (Исмаилов,1966,53,54).
Элемент әкә:әке со значением ‘старший брат при почтительном обрашении к старшему’ обнаруживается в вариантах имен собственных  в западной группе УзГЮПА, ср. Хаджибай ака-Ҳәджәкә, Сапарбай ака-Сапәкә Қутлымырат ака-Қутәкә (мужские имена); Айсултан-Айәкә, Халбийкә-Халәкә, Наргул-Нарәкә (женские имена). Употребление данного термина в составе как мужских, так и женских имен обуслевлено, во-первых, наличием у терминов әкәIв.ДЛТИ) и акаIIIIIвв. «Тефсир») значения старшая сестра и во-вторых, существованием обращения с ласкательным значением как к мужчине, так и женщине в речи казахов, каракалпакок, и туркменов южноприаральского региона. Оно возникло в исследуемых говорах под влиянием соседных тюркскых языков.
С другой стороны, имеются существенные различия в употреблении терминов әкә и аға ‘старший брат’; последний встречается, например, в сочетаниях аға-ини=ағайын ‘братья’, ‘родственники’, қайин аға  қайнаға ‘старший брат мужа’, в которых употребление элемента әкә-әке (ака ини; қайн әкә) недопустимо. Точно так же термин аға невозможен и в составе вариантов имен собственных.
В узбекских говорах Ташаузской области слово дәдә параллельно употребляется в значении терминов ака: аға ‘родной’ ‘отец’. Аналогичные формы мы находим и в других узбекских говорах. ср. дәдә, дада, употребляемые по отношению к отцу, самому старшему брату, вообще к старшему по возрасту(Ишаев 1977.С.39). Ср. так же туркм. дәдә ‘дед по отцу’, в казахском говоре окрестностей Ташкента употребляется тәтә, в Бухарской области дәдә в том же значении. В словаре Махмуда Кашгари отмечено форма дәдә ‘отец’ (ДЛТИ, 87).
Таким образом, система терминов родства УзГЮПА, распространенных  в южноприаральском ареале, обнаруживает следующие особенности:
1. Для Южноприаральского ареала характерны варианты или синонимы терминов кровного родства (апа, апай, ата, атай, баба, мама), употребляющиеся во всех его говорах и составляющие сплошной массив.
2. Отличия составе терминов родства по браку носят ареальный характер; они охватывают либо ряд говоров (бийка, қайынбийка, абысын), либо отдельный говор (йанга, чеча); иногда наблюдается обособление терминов родства в семантическом плане ( балдыз, аға, әкә, әке ‘отец’).
3. Подавляющее большинство отличительных моментов южноприаральских говоров созвучю с казахским, каракалпакским языками или его отдельными говорами.
4. Наличием узколокальных в общетюркском масштабе терминов южноприаральские говоры сохраняют единство с  центральноазиатскими тюркскими языками (әджапа, чечә) или проявляют общность с огузо-кипчакскими языками.
 
Литература:
1. Джафаров Г.Г. Термины родства в азербайджанском языке, Автореф.дисс. канд. филол. наук.-Баку,1971,27с.
2. Дульзон А.П. Древные передвижения кетов по данным топонимики.-М.:Изд-во: ВГО. 1962, т.99.
3. Исмаилов И. Туркий тиллардаги қавм-қариндошлик терминлари.- Тошкент: Фан,1966.
4. Ишаев А.В. Қорақалпоғистондаги ўзбек шевалари. -Тошкент: Фан. 1977. 186 с.
5. Покровская Л,А. Термины родства в тюркских языках. В кн: Исторические развитие тюркских языков.-М:1961,с.35
6. Филин Ф.П. О терминах родства и родственных отношений в     древнерусском литературном языке. В сб: «Язык и мышление». М.-Л.: 1948, вып.Х1.
7.Цинцус В.И. К Этимологии алтайских терминов родства. В.кн: Очерки сравнительной лексикологии алтайских языков.-Махачкала,1985. -104 с.
Категория: Филологические науки | Добавил: Administrator (11.10.2012)
Просмотров: 682 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 4.3/3
Всего комментариев: 1
1  
1. Когда меня научный руководитель учил писать статьи, то подчеркивал, что такие мои окончания предложений, как «и др.», «и т.д.», «и т.п.» свидетельствуют об отсутствии примеров, а не об их множестве.
2. Скажите, а после В.И.Цинцус (1985) больше никто за последние 30 лет не рассматривал «трудно поддающееся объяснению явление происхождения генонимов»?
3. Ваши выводы не совсем соответствуют изложенному материалу, а именно: лексические единицы «апа», «баба», «мама», «йанга», «чеча», «абысын» в статье не рассматриваются, даже в качестве структурных элементов имен собственных.
4. Русский язык…

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]