Русский язык - Филологические науки - Сортировка материалов по секциям - Конференции - Академия наук
Приветствую Вас, Гость! Регистрация RSS

Академия наук

Среда, 07.12.2016
Главная » Статьи » Сортировка материалов по секциям » Филологические науки

Русский язык
Сдвиг и стык как изобразительные средства языка: к проблеме соотношения понятий[1]
 
Автор: Вольф Олеся Александровна, Федеральное государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования, «Хакасский государственный университет им. Н. Ф. Катанова»
 
Вопросы соотношения и разграничения многих стилистических понятий до сих пор актуальны. В настоящее время нет единой, общепризнанной системы элокутивных средств, и в связи с этим в некоторых случаях нет, соответственно, и устоявшейся терминологии. В данной статье мы рассмотрим историю таких стилистических понятий, как «сдвиг» и «стык», и представим попытку их соотношения.
Термин «стык» по отношению к поэтической речи встречается в пособиях по стилистике, поэтике и др. с начала прошлого века. О. М. Брик, рассматривая явление повтора в звуковой структуре стиха, выделяет прием формального звукосочетания, т.е. «способ построения созвучья», с помощью которого образуются следующие фигуры: кольцо, стык, скреп, концовка. Стыком автор называет явление, когда «основа в конце строки, повтор в начале следующей» [1; 48]. О. М. Брик приводит примеры:
в передовом твоем отряде
урядник был бы он лихой…
(А. С. Пушкин. Д. В. Давыдову).
тень смерти мрачной полосой
промчалась на его челе
(М. Ю. Лермонтов. Боярин Орша) и др.
После этого автор замечает, что «прием формального сочетанья <…> часто проявляется в виде звукообразной формальной тавтологии»:
Отрады ждал я от разлуки.
Разлуки – нет.
(М. Ю. Лермонтов. Любовь мертвеца).
И ночь, и звезды, и луну
Луну, небесную лампаду.
(А. С. Пушкин. Евгений Онегин) и т.п. [1; 59].
Итак, под термином «стык» О. М. Брик подразумевает 1) повтор в начале стихотворной строки сочетаний звуков, схожих или тождественных по звучанию с концом предыдущей строки; 2) повтор целых слов (тавтологию), одно из которых находится в конце стихотворной строки, а другое в начале следующей.
Известный футурист А. Е. Крученых, развивая идеи сущности поэтической формы, говорил о теориях «фактуры» и «сдвига» в своей книге «Сдвигология русского стиха». Звуковым сдвигом он называл «слияние двух звуков (фонем), или двух слов как звуковых единиц, в одно звуковое пятно», и приводил примеры:
И шаг (ишак) твой землю тяготил…
(В. Брюсов)
Все те же ль вы (львы)? другие ль девы…
(А. С. Пушкин) и др. [3; 5].
В данных примерах стоящие рядом слова при произнесении сливаются в одно, полностью изменяя лексическое значение фразы, что приводит к созданию комического эффекта там, где автор к этому вовсе не стремился. А. Крученых являлся противником «неосознанных каламбуров» – сдвигов, которые считал грубейшими ошибками в поэтической речи, и предлагал даже ввести «сдвиговую милицию» [3; 35].
В своей книге А. Крученых публикует также письмо В. Катаева, который описывает свои наблюдения в области звукообраза: «Звучанье слова, фонема, определенная звуковая конструкция – излучает ряд других слов, фонем, органически спаянных друг с другом совершенно объективными, звуковыми условиями. Я называю такой ряд – рядом фонетических ассоциаций. «Звуковые повторы», не так давно установленные О. Бриком, в качестве давно существующего стихотворного приема и принцип Хлебникова – «внутреннее склонение слов» – суть родители фонетических ассоциаций» [3; 26]. Далее поэт приводит пример из своего творчества, где искусно использует несколько видов звуковых повторов, в том числе и так называемый «стык», выделенный О. Бриком:
И ползя на рейд черпать,
Пузоватый кузов
Гнал качая черепа
Черепах – арбузов (курсив наш – О. В.).
(В. Катаев).
В конце В. Катаев замечает, что «фонетическая ассоциация – сильный прием, позволяющий развивать и закреплять данную тему в плане определенной стихотворной композиции» [3; 27].
Таким образом, в книге А. Крученых, наряду с явлением сдвига, упоминается также и другое явление – фонетическая ассоциация, которая включает в себя различные виды звукового повтора, выделенные и описанные О. М. Бриком в «Сборниках по теории поэтического языка». Очевидно, с этого момента два разных по сути и принципу построения стилистических явления – сдвиг и стык – начинают смешиваться в теории поэтики, а затем и стилистики.
А. П. Квятковский в своем «Поэтическом словаре» определяет сдвиг как «акустико-фонетическое явление в художественной речи, преимущественно в стихе, когда конец одного слова и начало следующего за ним или два стоящих рядом коротких слова образуют как бы новое слово, изменяющее смысл фразы; происходит лексическая деформация фразы» [2; 254]. Автор приводит примеры:
Слыхали ль вы (львы) за рощей глас ночной
Певца любви, певца своей печали?
(А. Пушкин).
Шуми, шуми волнами, Рона, (волна Мирона)
И жатвы орошай.
(К. Батюшков) и др.
В первом примере два слова при произнесении фразы сливаются в одно (ль вы – львы), при этом происходит лексическая деформация. Во втором примере происходит морфемное перераспределение двух стоящих рядом слов (волнами Рона – волна Мирона), при этом значение фразы также изменяется. Лексическая деформация в этих и других примерах, приведенных в статье «Сдвиг», происходит вследствие авторской глухоты, а не намеренного использования, в связи с чем становится понятно, что А. П. Квятковский определяет сдвиг не как стилистическое средство, а как ошибку, недочет.
Между тем, в статье «Каламбурные рифмы», которые автор определяет как «рифмы, построенные на омонимических словах или на сочетаниях, представляющих игру слов», приводятся примеры, в которых прагматический эффект достигается с помощью явления, имеющего тот же механизм построения, что и сдвиг. Ср.:
Он скажет слово «за»
И кается...
Он постоянно
За-икается!
(Эм. Кроткий).
Даже к финским скалам бурым
Обращаюсь с каламбуром.
(Д. Минаев) [2; 129].
Несмотря на то, что каламбурная рифма определяется автором через омонимические слова, примеров с обыгрыванием в рифме двух слов-омонимов (а также омофонов, омоформ или омографов) в данной статье не приводится; все иллюстрации построены только на сочетаниях слов, которые при совместном употреблении дают эффект полного или частичного созвучия с другой группой слов. Очевидно, что А. П. Квятковский определяет каламбурную рифму как разновидность составной и относит к ней только случаи, когда рифма создается путем сдвига.
В том же «Поэтическом словаре» автор говорит о ещё одном фонетическом явлении – стыке, определяя его как 1) «звукосочетание на грани двух смежных слов; неудачное звукосочетание, неприятное для слуха»; 2) «стилистический прием эвфонии. См. Акромонограмма» [2; 289]. Для иллюстрации межсловесного стыка А. П. Квятковский приводит следующие строки:
На горных главах луч палящий
Кору ль льдяную растопил,
Земли ль из сердца ключ шипящий
Истоки тайные пробил?
(А. Майков)
В этом примере в строке «Кору ль льдяную растопил…» союз «ль» ([л’]) стоит перед словом, начинающимся с тождественного звука («льдяную» –[л’д’иэнуjу]), поэтому при попытке произнесения у говорящего неизбежно возникает неудобство, затем происходит стяжение союза с началом слова и получается фраза «Кору льдяную растопил…» с долгим мягким звуком [л’] в начале слова «льдяную». Такой стык неприятен для слуха. При этом, несмотря на определенное перераспределение морфем во фразе, другого «нового» слова в тексте не возникает и лексических изменений, которые являются непременным условием сдвига, не происходит.
В следующей строке также наблюдается неблагозвучие, порожденное повтором. При чтении фразы «Земли ль из сердца…» на стыке слов выявляется повтор звукосочетания [л’и], а затем звуков [с] и [с’], которые стягиваются в один долгий звук [с’] («Зем[л’и] [л’ ис] [с’]ердца…»). В предложении происходит перераспределение морфем, которое приводит к искажению смысла сказанного: «Земли ли сердца ключ кипящий истоки тайные пробил?». В данном случае наблюдается перекличка с явлением сдвига, недаром А. П. Квятковский в конце словарной статьи «Стык» предлагает обратиться к понятию сдвига: «Ср. Сдвиг» [2; 289].
Что касается стыка как стилистического приема, А. П. Квятковский отождествляет его с акромонограммой, суть которой заключается в «повторении конца стиха в начале следующего стиха» [2; 13]; в качестве синонимов приводятся также термины «анадипло́сис», и «подхват» (термин Г. Шенгели) [2; 14].
Итак, стык для А. П. Квятковского предстает в двух ипостасях: во-первых, как одно из стилистических средств повтора в поэтическом тексте, именуемое также акромонограммой, анадиплозисом или подхватом, когда конец стиха повторяется в начале следующего; во-вторых, как неприятный для слуха повтор сходных или тождественных звуков или звукосочетаний на границе слов, приводящий к неблагозвучию, что является, по мнению автора, недочетом и в определенных случаях способствует образованию сдвига-ошибки.
В «Литературном энциклопедическом словаре» термин «стык» осмысливается только как синоним терминов «анадиплосис» и «подхват». По мнению М. Л. Гаспарова, автора словарной статьи «Анадиплосис», суть этого явления в «повторе последнего слова (группы слов) стиха или колона в начале следующего» [4; 22]. Термина «сдвиг» в словаре нет. В словарной статье «Каламбур» говорится о том, что это «игра слов, использование многозначности (полисемии), омонимии или звукового сходства слов с целью достижения комического эффекта» (курсив наш – О. В.) [4; 145], однако ни в приводимой классификации по способу образования каламбуров, ни в примерах явление сдвига не фиксируется.
И. В. Пекарская характеризует сдвиг как «фонетическую или текстовую фигуру, построенную по принципу контаминации способом синкретизма, когда 1) конец одного слова и начало следующего за ним слова или два стоящих радом коротких слова образуют как бы новое слово, изменяющее смысл фразы, а также 2) перераспределение морфемного состава в рамках словосочетания или предложения, вследствие чего происходит семантическая деформация фразы, вызывающая прагматический эффект» [7; 117]. Автор рассматривает сдвиг как фигуру речи, а стык – как недочет (сдвиг-какологию) [7, с. 248-250].
В. П. Москвин рассматривает сдвиг как фигуру двусмысленной речи, заключающуюся в «омофоническом осмыслении слов или их контактирующих фрагментов как одного слова» [5; 663]. Случайный сдвиг автор называет какэмфатоном и считает ошибкой, приводя в качестве иллюстраций в том числе примеры из словарной статьи «Сдвиг» «Поэтического словаря» А. П. Квятковского [5; 299].
Интересующее нас явление стыка В. П. Москвин характеризует в словарной статье «Подхват», под которым понимает: «1. Повтор, связывающий концовку первой и начальную часть второй речевой единицы и производимый после паузы или парентезы. <…> 2. Прием перебивания собеседника с договариванием перебитой фразы» [5; 565]. Очевидно, что два значения термина значительно разнятся: в первом случае мы имеем дело со стилистическим средством повтора – частного принципа избыточности, второй прием находится, скорее, в области общего синтагматического принципа симметрии/асимметрии (подробнее о принципах см.: [6; с. 176-190]).
Возможно, во имя унификации терминологической системы стилистики было бы лучше развести эти два значения, закрепив термин «подхват» за вторым. К тому же, для первого значения подхвата автор приводит 13 синонимов (акромонограмма, анадиплоз (-ис, -сис), возвращение, палилигия, редупликация, реприза, скреп, стык, эпаналепс (-ис), эпанастрофа), что неизбежно ведет к путанице в терминах и понятиях. На наш взгляд, стилистическое средство повтора, которое описывает В. П. Москвин, вполне можно именовать стыком, и уже внутри этого общего явления проводить классификацию видов стыка, если таковые найдутся, давая им собственные определения. Однако это должно быть предметом особого исследования, что не является целью настоящей работы.
В целом соглашаясь с определением сдвига Пекарской И. В., считаем необходимым скорректировать его и внести следующие поправки:
1. Сдвиг строится не только по принципу контаминации, но и одновременно – по принципу алогизма, а значит, является маргинальной гетерогенной фигурой (о маргинальности и гетерогенности см.: [6, с. 176-242]).
2. При образовании сдвига может использоваться более двух слов, поэтому мы считаем целесообразным при определении сдвига-фигуры говорить о морфемном перераспределении нескольких стоящих рядом слов или их частей. Ср.:
В огне веры – цари;
Во гневе – рыцари
(Комсомольская правда, 29.10.1998)
В ресторане ел суп сидя я
Суп был сладок, как субсидия.
(Д. Минаев)
Таким образом, сдвигом называем фонетическую или текстовую фигуру, построенную по принципам контаминации и алогизма, представляющую собой перераспределение морфемного состава двух или более стоящих рядом слов (или их частей) в рамках словосочетания, предложения или даже целого текста, вследствие чего происходит семантическая деформация фразы, вызывающая прагматический эффект.
Неосознанный сдвиг, являющийся следствием авторской глухоты, будем называть сдвигом-какологией.
Стыком (анадиплозисом), называем фонетическую или текстовую фигуру, построенную по принципам повтора и асимметрии, суть которой состоит в том, что конец одной языковой единицы повторяется полностью или частично в начале второй языковой единицы.
Неудачное, неблагозвучное столкновение тождественных или сходных звукосочетаний между словами (или сочетание двух слов), называем стыком-какологией.
В некоторых случаях стык-какология становится одновременно сдвигом-какологией, например, в рассматриваемых уже в данной статье строках А. Майкова (Земли ль из сердца ключ шипящий… – Земли ли сердца ключ шипящий…). Вообще стык частицы или союза «ли/ль» со словами, начинающимися с буквы «л», довольно частотен в стихотворных текстах. При необходимости читать подобный текст у говорящего возникает заминка из-за «неудобства» произношения, с чем и связано неблагозвучие таких сочетаний, ведущее к перераспределению морфем в тексте. Ср:
Часы любви, часы похмелья
По прежнему ль летят на зов
Свободы, лени и безделья?
(А. С. Пушкин. Из письма к Я. Н. Толстому)
Схематично соотношение понятий сдвиг и стык в нашем понимании можно изобразить следующим образом:

По принципу образования два стилистических средства – сдвиг и стык – являются разными явлениями, сталкиваясь друг с другом лишь иногда на фонетическом уровне в области ошибочных, какологических употреблений.
 
Литература:
1.Брик О. М. Звуковые повторы (Анализ звуковой структуры стиха) // Сборники по теории поэтического языка. Вып. II. – Пг., 1917. (URL: http://rudocs.exdat.com/docs/index-284936.html?page=2, дата обращения: 16.08.2013 г.).
2.Квятковский А. П. Поэтический словарь / Науч. ред. И. Роднянская. – М.: Сов. Энцикл., 1966. – 376 с.
3.Крученых А. Е. Сдвигология русского стиха. – М.: Тип. ЦИТ, 1922. – 46 с. (URL: http://www.bibliophika.ru/book.php?book=3537, дата обращения: 16.08.2013 г.).
4.Литературный энциклопедический словарь / Под общ. ред. В. М. Кожевникова, П. А. Николаева. – М.: Сов. энциклопедия, 1987. – 752 с.
5.Москвин В. П. Выразительные средства современной русской речи. Тропы и фигуры. Терминологический словарь. – Ростов н/Д: Феникс, 2007. – 940 с.
6.Пекарская И. В. Контаминация в контексте проблемы системности стилистических ресурсов русского языка. Часть 1. – Абакан: Издательство ХГУ им. Н.Ф. Катанова, 2000. – 248 с.
7.Пекарская И. В. Контаминация в контексте проблемы системности стилистических ресурсов русского языка. Часть 2. – Абакан: Издательство ХГУ им. Н.Ф. Катанова, 2000. – 344 с.


[1] НИР выполняется в рамках государственного задания Минобрнауки России по теме «Проблемы и особенности межкультурной коммуникации в поликультурной среде» (№ 12-01-10).

 

Категория: Филологические науки | Добавил: Иван155 (20.08.2013)
Просмотров: 1111 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]